По всем новостным каналам не прекращаются сообщения о комете, летящей к Земле. Джон Гэррити, инженер-строитель, слушает их краем уха. Его мысли заняты другим — его брак трещит по швам. Сегодня вечером они с женой Эллисон должны принимать гостей, соседей. Суета перед приёмом кажется сейчас куда реальнее любой космической угрозы.
Отправившись в магазин за последними покупками, Джон проверяет телефон. Среди списка дел и напоминаний от жены приходит странное сообщение. Оно помечено как срочное и исходит от правительства. Текст гласит, что Джон Гэррити с семьёй включён в список на эвакуацию в защищённое убежище. Он хмыкает, списывая это на чью-то глупую шутку или ошибку. Война, конец света — такие вещи не происходят в их спокойном районе с ухоженными газонами.
Возвращаясь домой с пакетами, он замечает, как странно ведут себя люди. Некоторые слишком пристально смотрят в небо. Другие торопливо грузят вещи в машины. Лёгкое беспокойство начинает копошиться где-то внутри. Дома Эллисон сердится на его задержку. Их сын, Лукас, не отрывается от экрана планшета. Предпраздничное напряжение висит в воздухе.
И вдруг мир содрогается. Не грохот, а сначала глухой, тяжёлый удар где-то за горизонтом. Стекла в панорамных окнах задрожали, зазвенела посуда в буфете. Наступила секунда полной, оглушающей тишины. А потом со всех сторон — автомобильные сигнализации, крики. По телевизору, который никто не выключал, началась трансляция. Не внятные слова дикторов, а хаотичные, пугающие кадры: огненные вспышки в небе над городами, рушащиеся здания, паника на улицах.
Сообщение на телефоне уже не кажется шуткой. В нём чётко указан пункт сбора — местный аэропорт. Время на сборы измеряется минутами. Джон смотрит на Эллисон. Все прежние обиды, недомолвки, споры в этот момент стираются, остаётся только животный страх и инстинкт защитить своих. "Нам нужно ехать. Сейчас", — говорит он, и в его голосе звучит та самая решимость, которой так не хватало в последние месяцы.
Они хватают приготовленные для вечеринки закуски, бутылки с водой, первое, что попадается под руку. Соседи, уже собравшиеся у их дома с бокалами в руках, смотрят на эту спешку с недоумением и растущим ужасом. Джон не объясняет. Он просто усаживает жену и сына в внедорожник и выезжает со двора, оставляя позади жизнь, которая уже никогда не будет прежней.
Дорога в аэропорт — это кошмар. Машины движутся в беспорядке, некоторые брошены прямо на трассе. В небе видны странные следы. По радио передают уже официальные призывы сохранять спокойствие, но голос диктора прерывается. Аэропорт, обычно такой упорядоченный, превратился в центр хаоса. Но там, среди общей паники, есть островки организации. Военные направляют людей. Не к пассажирским терминалам, а к огромным, угрюмым на вид военно-транспортным самолётам. Люди с телефонами в руках, получившие то же сообщение, что и Джон, образуют потоки, которые солдаты направляют к открытым грузовым люкам.
Джон крепко держит руку Лукаса. Эллисон прижимает к себе сумку с документами. Они делают шаг вперёд, навстречу рёву турбин, в тёмную глубину самолёта. Неизвестность внутри кажется менее страшной, чем апокалипсис снаружи. Их тихий семейный кризис растворился в кризисе планетарного масштаба. Теперь главное — просто выжить. Вместе.
