В дремучих лесах, что раскинулись за стенами древнерусских городов, творилось неладное. Нечисть, давно считавшаяся сказкой, вышла из тени, и её тварям уже мало было погостить на опушках. Они шли к поселениям, неся с собой тихий, липкий ужас. А в стольном граде Киеве подозрительно быстро, одна за другой, оборвались жизни в княжеской семье. Следы на месте злодеяний не оставляли сомнений — здесь поработала не человеческая рука. Или очень умело сделанная под неё.
Расследовать это дело поручили Киберславу. Он был не просто богатырём. В его жилах текла и человеческая кровь, и нечто иное, от чего металлические имплантаты под кожей не отторгались, а становились частью тела. Плазменный меч на его поясе был не для красоты — им он рубил и сталь, и кости лесных чудищ. Но сейчас нужен был не меч, а острый ум. Кто выигрывал от смерти княжего рода? Озлобленная чернь, уставшая от поборов? Или сама нечисть, расчищающая путь к княжьему престолу для своего ставленника?
Первые шаги привели Киберслава в подпольные цеха, где кудесники нового времени вживляли кибернетику отчаянным смельчакам. Шепотом говорили, что один из таких «улучшенных» видел, как в ночь последнего убийства к терему подкатила не конная повозка, а нечто на гусеничном ходу, бесшумное и чёрное, как смоль. Следы от него вели прямиком в чащу.
Но и простой народ был на взводе. На сходках в окраинных слободах открыто роптали: князья, мол, заигрались с запретными ретортами и кристаллами, накликали беду сами. А теперь за их ошибки расплачиваются крестьяне, чьи дома на окраинах исчезали вместе с жителями. У Киберслава, с его усиленным слухом, в этих речах звенела не только злоба. Слышалась и искренняя растерянность, и страх.
Пришлось идти в самое логово — в лес. Здесь, среди вековых дубов, технологии пасовали. Сканеры забивались помехами, а навигаторы показывали несуществующие пропасти. Пришлось полагаться на чутьё, доставшееся от другой половины крови. Он шёл по следам солярного масла и тлена, пока не наткнулся на поляну. И замер.
Среди пней стоял гигантский механический страж, собранный из кованого железа и оживлённый тёмным колдовством. В его пустой глазнице светился багровый огонёк. А у его ног валялось тело ещё одного члена княжеской семьи — молодого отпрыска, считавшегося пропавшим. Но убил ли его этот страж? Присмотревшись, Киберслав увидел на доспехах юноши не царапины от когтей, а аккуратные, точные разрезы. Такие оставляет только плазменный клин, подобный его собственному.
В голове всё сложилось в жуткую картину. Нечисть не действовала сама по себе. Кто-то умный и безжалостный в княжеских палатах натравил тёмные силы на свою же семью, чтобы устранить претендентов на власть. А лесные твари и этот железный идол были лишь ширмой, грубой силой, чтобы отвлечь внимание. Настоящее оружие убийцы было технологичным, точным и находилось внутри самых стен, которые должны были защищать.
Киберслав повернулся спиной к механизму, который ещё не начал движение. Ему нужно было спешить обратно в город. Самый опасный зверь оказался не в лесу. Он притаился среди позолоченных теремов, прикрываясь княжеской мантией и притворной скорбью. И теперь богатырю-полукровке предстояло вытащить его на свет, где плазма встретится с изощрённым коварством, а древняя магия сплетётся с холодным расчётом будущего.
